Дурное марево

Когда я был еще дитём, мой прадед сажал меня к себе на сгибы и шепотом, тихо говорил разные фантасмагорические истории.

Все, связанное в моих мыслях со басенкой, прибыло с изгибов "Его светлости", который сам по себе был практически небылью. Как то, когда я галопировал, оседлав чистокровное коленце, прадед изложил мне о грёзах. "Сновидения, мой мальчишка, - говорил он, -- достоинство куда более серьёзное, чем звание лорда либо родовые имущества. Отметь это, возможно, ты когда-то прибудешь правомочным наследником, и тогда я завещаю тебе в имущество наш семейный сон - дурман Джона Ди". А позже, загадочно снизив тенор, он заговорил мне в самое ушко так шепотом, как будто бы опасался, что его услышит атмосфера в комнате, о кристалле в одной дальней-дальней земле, достигнуть которой не в состоянии ни один тленный, если лишь его не поддерживает тот, кто пересилил муку, и еще о золотой короне с горным кристаллом, увенчивающей голову С двумя обличиями... Я считаю, он говорил, об этом Парноголовом хранителе марева как об основателе отечественного дома или фамильном боге... И тут моя мысль уже бессильна; дальнейшее тонет в цельном густом мареве.

Как бы то ни было, а ничего аналогичного до сегодняшней ночи мне не снилось! Был ли это сон Джона Ди?

Ответить определенно на данный вопрос я не имел возможность, а рассуждать не имело ризона, тем более что заглянул с молвой мой друг Сергей Брежнев, дряхлый старьевщик из Брюльского угла.